18 декабря 2018

«Весь город кричал, когда мы ехали: „Путин!“»

Депутат Госдумы Зелимхан Муцоев о поездке в Сирию, террористах и о разговоре с Асадом

Айсель Герейханова
© Служба новостей «URA.RU»
30 марта 2017 в 16:58
Размер шрифта
-
17
+
Интервью. Зелимхан Муцоев. Москва, муцоев зелимхан
Депутат от Урала Зелимхан Муцоев говорит о важной миссии России в СирииФото: Антон Белицкий © URA.RU

После возвращения Крыма в состав России участие нашей страны в Сирийской спецоперации стало еще одним поводом для гордости патриотически настроенного электората. Спустя два года новости о боевых действиях в Сирии стали частью привычного информационного фона, и уже кажется, что война там была всегда и не закончится никогда.

После недавней поездки в Сирию Депутат Госдумы от Свердловской области, член комитета по международным делам Зелимхан Муцоев в интервью «URA.RU» рассказывает о том, как долго России нужно оставаться в Сирии, есть ли шанс для скорого завершения там войны и похож ли на тирана Башар Асад.

— Зелимхан Аликоевич, с какой целью вы ездили в Сирию? Что там сейчас происходит?

— На освобожденных территориях жизнь постепенно налаживается. Люди возвращаются, активно работают гуманитарные миссии. В Алеппо на освобожденной части открываются госпитали, школы, небольшие предприятия. В этот раз я побывал в Сирии в составе российской делегации, в которую входили представители всех четырех парламентских фракций. Вместе с нами там находились глава ПАСЕ Педро Аграмунт и депутаты из некоторых европейских стран. Мы пробыли там три дня: посетили российскую базу Хмеймим, Алеппо и Дамаск. Главной целью было то, чтобы западные политики своими глазами увидели, что на самом деле происходит в Сирии, а не то, что они наблюдают через фильтры своих СМИ. И они, конечно, были в шоке от увиденного.

- А что их шокировало?

Российских депутатов в Сирии встречали триколорами и признаниями в любви к Владимиру Путину
Фото из личного архива Зелимхана Муцоева

— Шокировало то, что они увидели отношение местных жителей к России. Во время посещения сирийских городов, увидев нашу делегацию, местные жители выкрикивали: «Путин! Россия!» — просто дрожь брала. Европейские парламентарии были удивлены, насколько дружелюбно сирийцы относятся к нашим военнослужащим.

Особенно их впечатлило, когда к нам подошел один российский генерал и попросил для сирийских детей учебники, книги на русском, русско-арабские словари. Это искренне поразило европейских политиков — то, что российские военные не только участвуют в боевых действиях на территории республики, но и активно помогают налаживать мирную жизнь. Учебный год ведь в самом разгаре, а там дети по четыре года не ходили в школы. И сейчас ютятся в развалинах, бывших цехах. Потом западные гости видели, как в Алеппо наши раздавали гуманитарную помощь местному населению, работали полевые кухни, медпункты. Особо отмечу, что сегодня в Сирию поступает гуманитарная помощь из очень многих регионов России. Позже, за чашкой чая, европейские парламентарии рассказывали нам о том, как все увиденное ими коренным образом отличается от того, как освещают ситуацию в Сирии большинство европейских СМИ.

— Вашу делегацию принимал президент Сирии Башар Асад. Какие сценарии урегулирования Сирийского конфликта назывались?

Депутат от Урала Зелимхан Муцоев встретился в Сирии с Башаром Асадом
Фото из личного архива

— Встреча с Башаром Асадом продолжалась на протяжении трех часов. Конечно, мы подчеркивали, что будущее Сирии должен самостоятельно определять народ этой страны. Должны учитываться интересы всех сторон, но не террористов и бандитов.

О чем можно договариваться после того, что они сделали в Сирии? Убиты десятки тысяч мирных жителей, среди которых женщины и дети. Полностью уничтожены многие города и поселения, разрушены исторические памятники. Нужно понимать, что в случае победы ИГИЛ, Сирия как государство просто перестала бы существовать, а территория некогда процветающей и светской страны превратилась в центр мирового терроризма. Поэтому какие могут быть с ними переговоры? Только уничтожать, бороться за независимость своей страны и уничтожать.

А со всеми остальными политическими силами, заинтересованными в стабильном будущем этой страны, договариваться, безусловно, нужно. Сам президент Асад сторонник того, чтобы Сирия оставалась светским государством, где бы мирно проживали представители различных религиозных конфессий и национальных меньшинств. Большинство граждан Сирии позицию президента искренне поддерживают. Обсуждался также опыт Чечни: во время встречи с президентом мы предложили нашим европейским и сирийским коллегам приехать туда и посмотреть, как сейчас развивается регион. Они могут увидеть то, как мы решили на своей территории проблему терроризма и сепаратизма.

— Как европейские парламентарии реагировали на Асада?

Уральский депутат Зелимхан Муцоев в окружении европейских парламентариев в Сирии. Справа глава ПАСЕ Педро Аграмунт
Фото из личного архива

— Во время общения я задал вопрос европейским коллегам: «Я вот смотрю на господина президента и не вижу в нем диктатора. Господа, вот перед вами сейчас сидит Башар Асад. Он похож на диктатора?» Все заулыбались, и ситуация немного разрядилась. Представители ПАСЕ задавали Асаду вопросы о возможностях урегулирования конфликта в стране, будущем государственном устройстве. Президент вообще говорил очень демократично и просто. Мне запомнилась его фраза о том, что Сирия стала форпостом от дальнейшей экспансии терроризма в Европу. Обращаясь к членам ПАСЕ, Асад спрашивал, почему Европа не хочет этого до сих пор признавать.

Башар Асад просил донести до всех, что главная задача — это необходимость перекрыть каналы финансирования террористов. Он прямо говорил, что западные страны должны остановить это финансирование. Во время выступления он неоднократно благодарил Россию за предоставленную помощь. Спрашивал, где та коалиция, которая заявлялась из 70 стран? Откровенно говорил, что сегодня с терроризмом воюют только сирийское ополчение, курды, ВКС России и Иран.

— А какие вообще сейчас ожидания в Сирии от России?

— Мы практически единственные, кто оказывает сегодня гуманитарную и военную помощь Сирии. Россия поддерживает их позицию на международных площадках, на всех конференциях, где решаются вопросы мирного урегулирования. За последнее время сирийцы поняли, что Россия из тех стран, что никогда не бросает друзей и действует последовательно.

— Но в марте прошлого года Россия вывела основные военные силы из Сирии. На нас нет обиды из-за этого?

Российские самолеты на авиабазе Хмеймим Сирия., истребитель, Сирия, хмеймим, су 34
Российская база Хмеймим: депутат Муцоев считает, что Россия должна оставаться в Сирии до полной победы над террористами
Фото: Военнослужащий российского контингента в Сирии

— Нет. Мы выполнили определенную часть военно-политических задач в регионе. Остановили масштабное наступление террористов, освободили важные с точки зрения боевых действий населенные пункты, отодвинули линию фронта далеко от Дамаска, нанесли серию сокрушительных ударов по тыловым базам ИГИЛ, ликвидировали ряд полевых командиров. Благодаря нашим дипломатическим усилиям, сегодня за стол переговоров сели те, кто еще вчера ставил своей единственной целью свержение Асада. Поверьте, там достаточно сил, чтобы выполнять дальнейшие задачи по уничтожению террористов. Наши летчики по прежнему вылетают на выполнение боевых заданий, и профессионально их выполняют. Поэтому никакой обиды в Сирии на нас нет: мы представлены там ровно настолько, насколько это необходимо сегодня.

— Сколько может потребоваться времени для урегулирования ситуации в Сирии?

— Вы знаете, на этот вопрос нельзя ответить однозначно. Очень важно, как будет развиваться дальнейшая ситуация вокруг Мосула. Подразделения ИГИЛ по прежнему очень мобильны и действуют внезапно. Боевики перебрасываются из Мосула в Сирию, усиливая при этом различные участки фронта. Да, какая-то часть на подступах уничтожается, и тем не менее, большинство из них по прежнему переправляется в Сирию для ведения боевых действий. Я не исключаю, что в ближайшее время на Ближнем Востоке может возникнуть новый вооруженный конфликт. Посмотрим, что будет. В любом случае до мира еще далеко. Не следует ожидать быстрого эффекта.

— То есть нас ждет очередной долголетний конфликт?

— На Ближнем Востоке в целом — да, возможен такой сценарий. Регион по прежнему нестабилен, противоречий очень много. Когда садишься вести переговоры с одной-двумя сторонами — это уже сложно. А там, представляете, речь идет о десятках, сотнях племен и группировок. Еще надо уметь различить, кто умеренная оппозиция, а где террористы. Это очень сложная задача. По-прежнему не прекращаются финансирование и поставки оружия террористам. Да, мы сделали очень много, мы максимально предотвратили их поставки нефти для нелегальной продажи, так, что финансовая подпитка у террористов резко сократилась. И это, конечно, отразилось на боевом духе. Но проблема еще далека от полного решения.

— И как долго мы должны оставаться в Сирии, на ваш взгляд?

— Это мое личное мнение, но я считаю, что до победного конца, пока не уничтожим всех террористов. Там очень много, к сожалению, воюет наших соотечественников. Не только из регионов России, но и со всего бывшего СССР. И они же все потом могут вернуться в Россию.

— Вы посещали российскую базу Хмеймим, общались с нашими военными. Они понимают, для чего они находятся в Сирии?

Волонтер Евгений Ганеев в Сирии, Сирия, ганеев евгений
Россия одна из немногих стран в международной коалиции, которая регулярно оказывает помощь сирийскому народу, говорит депутат
Фото: Евгений Ганеев

— Мы увидели, как служат и живут наши офицеры и солдаты. Наш министр обороны, конечно, молодец. Вся инфраструктура отлажена, боевые задачи выполняются четко и профессионально. Впервые за много лет наши летчики получили огромный профессиональный опыт в ходе проведения боевых операций. Во время посещения части нам продемонстрировали выставку оружия террористов, чтобы показать все то, чем они воюют. Наши ребята, конечно, абсолютно точно понимают, что в Сирии они защищают и безопасность России в том числе.

— Но как долго смогут это понимать и поддерживать жители России? Не появятся дальше вопросы о целесообразности отправки туда наших военных, финансовых затрат?

— Как показывает время, негодяи не спят. В Чечне недавно боевики атаковали часть Росгвардии, произошли теракты в Лондоне, Антверпене. Это только за один месяц. Опасность близко, гораздо ближе, чем нам кажется. Один ликвидированный там боевик — это спасенные здесь и в Европе сотни жизней. Как можно к этому по-другому относиться? Десятки тысяч террористов, практически целая профессиональная и обученная армия ведет боевые действия не так далеко от наших границ, в Европе совершаются масштабные теракты, руководители террористов неоднократно заявляли о создании некого халифата, куда по их планам должна войти и часть российских регионов. И мы должны за всем этим спокойно наблюдать? Разве это можно измерять деньгами?

Кроме того, у нашего присутствия в Сирии есть и политические задачи — показать, что мы есть, что с нами надо считаться.

Расскажите о новости друзьям
Система Orphus

{{author.id ? author.name : author.author}}
© Служба новостей «URA.RU»
Размер шрифта
-
17
+
Система Orphus
Загрузка...
Разрешить уведомления Подписаться на рассылку Присоединиться к Telegram Уведомления во Вконтакте
новости партнеров
новости партнеров
новости партнеров
новости партнеров
новости партнеров
новости партнеров