20 мая 2022

Сценарий «геноцида в Буче» был написан 100 лет назад

Как и почему до сих пор работает технология расчеловечивания врага

© Служба новостей «URA.RU»
Размер текста
-
17
+
Раздача гуманитарной помощи российскими военными. Талакиевка, ДНР, гуманитарная помощь, днр
Эмоциональный образ становится оружием в информационной войне Фото:

Технологии ведения психологической войны были известны еще в прошлом столетии. Уже тогда их описывали в книгах, и эти советы безотказно действуют в 2022 году. За век изменилась лишь форма доставки информации, но не способ достижения моральной победы над врагом. Какой он и как используется в ходе спецоперации РФ на Украине — в материале URA.RU.

Среди журналистов, освещающих спецоперацию РФ с украинской стороны, с весны 2022 года начали распространять методичку, в которой представлен алгоритм расследования «военных преступлений», которые якобы совершает российская армия. В инструкции от организации «Глобальная сеть журналистов-расследователей» (зарегистрирована 2014 году США) предлагается использовать два принципа построения материалов из Украины. Первый рекомендует преподносить образ России, как страны, разрушающей гражданскую инфраструктуру и блокирующую гуманитарную помощь мирным жителям. Второй принцип предлагает конструировать «цифровую память», опираясь на записи в социальных сетях, проверить подлинность которых зачастую невозможно.

Европейским журналистам рекомендуют воспользоваться методикой сирийских коллег в поиске преступлений, якобы совершенных армией РФ

Эти сообщения без дополнительной верификации в дальнейшем тиражируются в СМИ, стоящих на одной стороне конфликта. Насколько это безотказно работает на примере итальянской газеты La Stampa, ради фейка использовавшей снимок URA.RU из Донецка, агентство уже показывало в расследовании.

Отвоеванные у СВУ села Бугас, Новогнатовка и Николаевка. ДНР
Артиллерийские удары по уровню воздействия могут проигрывать информационным вбросам
Фото:

Ряд фактов показывает, что методику, обкатанную в ходе последнего конфликта в Сирии, с успехом используют сейчас. Наиболее ярким примером стали сообщения о якобы нанесенном авиацией РФ бомбовом ударе по роддому и Драмтеатру в Мариуполе, которые на поверку оказались дезинформацией, выполненной по канонам, оттачиваемым еще со времен Первой мировой войны.

По словам политтехнолога Александра Белоусова, который уже несколько лет изучает вопросы технологии и методов военной пропаганды, приемы были известны еще сто лет назад.

И почти все они направлены на возбуждение ненависти по отношению к врагу, которого нельзя даже считать за человека.

«Я сейчас занимаюсь тем, что перевожу книгу по пропаганде во время Первой Мировой войны и приведу одну из цитат, которая [и сейчас] отлично характеризует происходящее в западном и украинском медиапространстве. „Враг свиреп, жесток и испорчен в своем ведении войны. Подручное средство для возбуждения ненависти, если враги сами не смогли вызвать ненависть у людей — это использование в пропаганде различных злодеяний врага. Оно используется с неизменным успехом в каждом известном человеческом конфликте“. Вот это цитата из методички столетней давности — фактически основа, из которых вытекают остальные приемы, но направлены на одну цель — расчеловечить врага», — говорит эксперт.

Эмоции против логики

«Украинским пропагандистам приходится прибегать к более изощренным приемам, поскольку противоборствующая сторона сейчас говорит на одном языке. Чтобы убедить людей убивать [представителей схожей культуры] нужно, чтобы градус ненависти был очень сильным, поэтому из российской армии создается образ злодеев, которые совершают жестокие преступления. Чтобы показать нереальные зверства врага, используются различные кейсы о кровавых расправах. Часто при создании таких фейков акцент делается на деталях, которые провоцируют у аудитории определенные эмоции.

Здесь характерен пример из Бучи, где нашли тело местной жительницы с ярким красным лаком на ногтях, которую якобы убили российские солдаты. Фото ее руки потом демонстрировали миру, как яркий пример жестокости», — говорит Белоусов.

Сейчас историю в украинском городе Буча многие эксперты сравнивают с сербской Сребреницей, где после ухода оттуда сербской армии спустя время, в 1995 году, были найдены захоронения около 8 тысяч мирных жителей. Тогда СМИ также демонстрировали миру яркие образы произошедшей резни. Но многие цифры и факты той трагедии при их сопоставлении до сих пор вызывают вопросы относительно виновности сербов в убийстве боснийских мусульман и масштабов этой трагедии. По подтвержденным данным, в 38-тысячной Сребреннице на момент трагедии оставалось чуть более 1000 человек, а более 37 тысяч, эвакуировавшихся ранее, позже нашли живыми. Уже в 1999 году по итогам военных действий в Косово американцы и англичане говорили о существовании около 100 тысяч албанских могил, которые так и не смогли отыскать после окончания войны, говорится в научных публикациях экспертов Минобороны РФ.

В качестве еще одного яркого примера расчеловечивания противника российские военные аналитики приводят пример 1992 года, когда в западной прессе появились фотографии якобы сербского «лагеря смерти». Ключевой иллюстрацией сюжета был кадр со стариком-мусульманином за колючей проволокой, а сама местность была представлена как сербский фильтрационный лагерь. Однако в дальнейшем выяснилось, что кадры были сделаны на пункте сбора беженцев, а «колючка» была всего лишь школьным забором, установленным еще до войны. Однако растиражированная картинка стала поводом для США официально выражать открытую антисербскую позицию в ходе конфликта в Боснии.

«Живые щиты» и «победа над дикарями»

Еще одна хрестоматийная история произошла в 1915 году, когда у берегов Британии немецкой подводной лодкой был потоплен пассажирский корабль «Луизитания», что в итоге послужило поводом для вступления США в войну.

«В случае с „Луизитанией“ было очень много неясностей. Во время войны большие пассажирские корабли, которые следовали из США в Британию, на подходе к порту назначения сопровождались английскими военными кораблями. Однако в тот раз пароход оставили без сопровождения, что, возможно, было сделано специально для создания аргументированного повода вступления Штатов в войну. Тогда еще до этой трагедии Черчилль даже заявлял, что катастрофа подобного масштаба могла бы быть выгодна Британии. В этом смысле „живые щиты“ и жертвы среди мирного населения, которые превращаются в пропагандистские кейсы — это технология столетней давности», — подчеркивает Александр Белоусов.

Еще один эффектный прием, который с успехом используется против РФ — это создание имиджа необразованного дикаря, почти животного из каждого российского солдата. «Это крайне необходимо для формирования у населения и армии чувства собственного интеллектуального превосходства над противником. Для этого используются разнообразные фейки.

Мы видим это прямо сейчас на Украине, когда наших солдат обвиняют в краже стиральных машин, инструментов, обуви и одежды. В сеть выкладывают якобы переговоры наших военных, которые впервые увидели унитаз.

На первый взгляд вполне себе безобидная дезинформация отлично работает в качестве допинга для повышения настроений в обществе, когда реальных побед, по сути, нет», — подчеркивает Белоусов.

Классика военной пропаганды подразумевает и наличие ярких военных побед над расчеловеченным врагом, которые достигаются малой кровью. На раскрытие данных о потерях своей армии накладывается тотальная цензура, тогда как любые даже малозначительные победы освещаются максимально широко. Аналогично в 90-х годах прошлого века цензурировались сообщения из Югославии о потерях в этом регионе французской стороны, говорится в научной публикации Минобороны РФ «О роли дезинформации в современных конфликтах и войнах». «В ответ на многочисленные вопросы, возникшие в ходе брифингов, происходивших в министерствах иностранных дел и обороны, сообщения СМИ других западных стран, а также на информацию из Белграда пресс-секретари обоих министерств в унисон со штабами НАТО утверждали, что контингент стран-участниц не понес никаких потерь. При этом не было проведено ни одного журналистского расследования», — говорится в исследовании.

Все технологии, приведенные сейчас, используются украинскими СМИ, подчеркивает Александр Белоусов. На Украине занижают собственные потери, ярко освещая немногочисленные военные успехи ВСУ, поскольку без военных побед нельзя поднять дух армии и народа. «Меняются лишь технологии доставки [информации до потребителя]. Случаются и инциденты вроде попавших в сеть расстрелов и пыток российских военных, попавших в плен, но это лишь издержки информационной войны. Сюда же можно отнести невнятные высказывания [советника офиса президента Украины Николая] Арестовича, который говорит, что уничтожение боевиков в Мариуполе будет победой Украины. Под такие высказывания отлично подходит выражение: правда — это ложь, а ложь — это правда», — резюмирует эксперт.

Если вы хотите сообщить новость, напишите нам
Все главное о спецоперации за сутки в одном письме
Вы подписались на рассылку
На почту выслано письмо с ссылкой. Перейдите по ней, чтобы завершить процедуру подписки.
Технологии ведения психологической войны были известны еще в прошлом столетии. Уже тогда их описывали в книгах, и эти советы безотказно действуют в 2022 году. За век изменилась лишь форма доставки информации, но не способ достижения моральной победы над врагом. Какой он и как используется в ходе спецоперации РФ на Украине — в материале URA.RU. Среди журналистов, освещающих спецоперацию РФ с украинской стороны, с весны 2022 года начали распространять методичку, в которой представлен алгоритм расследования «военных преступлений», которые якобы совершает российская армия. В инструкции от организации «Глобальная сеть журналистов-расследователей» (зарегистрирована 2014 году США) предлагается использовать два принципа построения материалов из Украины. Первый рекомендует преподносить образ России, как страны, разрушающей гражданскую инфраструктуру и блокирующую гуманитарную помощь мирным жителям. Второй принцип предлагает конструировать «цифровую память», опираясь на записи в социальных сетях, проверить подлинность которых зачастую невозможно. Эти сообщения без дополнительной верификации в дальнейшем тиражируются в СМИ, стоящих на одной стороне конфликта. Насколько это безотказно работает на примере итальянской газеты La Stampa, ради фейка использовавшей снимок URA.RU из Донецка, агентство уже показывало в расследовании. Ряд фактов показывает, что методику, обкатанную в ходе последнего конфликта в Сирии, с успехом используют сейчас. Наиболее ярким примером стали сообщения о якобы нанесенном авиацией РФ бомбовом ударе по роддому и Драмтеатру в Мариуполе, которые на поверку оказались дезинформацией, выполненной по канонам, оттачиваемым еще со времен Первой мировой войны. По словам политтехнолога Александра Белоусова, который уже несколько лет изучает вопросы технологии и методов военной пропаганды, приемы были известны еще сто лет назад. И почти все они направлены на возбуждение ненависти по отношению к врагу, которого нельзя даже считать за человека. «Я сейчас занимаюсь тем, что перевожу книгу по пропаганде во время Первой Мировой войны и приведу одну из цитат, которая [и сейчас] отлично характеризует происходящее в западном и украинском медиапространстве. „Враг свиреп, жесток и испорчен в своем ведении войны. Подручное средство для возбуждения ненависти, если враги сами не смогли вызвать ненависть у людей — это использование в пропаганде различных злодеяний врага. Оно используется с неизменным успехом в каждом известном человеческом конфликте“. Вот это цитата из методички столетней давности — фактически основа, из которых вытекают остальные приемы, но направлены на одну цель — расчеловечить врага», — говорит эксперт. Эмоции против логики «Украинским пропагандистам приходится прибегать к более изощренным приемам, поскольку противоборствующая сторона сейчас говорит на одном языке. Чтобы убедить людей убивать [представителей схожей культуры] нужно, чтобы градус ненависти был очень сильным, поэтому из российской армии создается образ злодеев, которые совершают жестокие преступления. Чтобы показать нереальные зверства врага, используются различные кейсы о кровавых расправах. Часто при создании таких фейков акцент делается на деталях, которые провоцируют у аудитории определенные эмоции. Здесь характерен пример из Бучи, где нашли тело местной жительницы с ярким красным лаком на ногтях, которую якобы убили российские солдаты. Фото ее руки потом демонстрировали миру, как яркий пример жестокости», — говорит Белоусов. Сейчас историю в украинском городе Буча многие эксперты сравнивают с сербской Сребреницей, где после ухода оттуда сербской армии спустя время, в 1995 году, были найдены захоронения около 8 тысяч мирных жителей. Тогда СМИ также демонстрировали миру яркие образы произошедшей резни. Но многие цифры и факты той трагедии при их сопоставлении до сих пор вызывают вопросы относительно виновности сербов в убийстве боснийских мусульман и масштабов этой трагедии. По подтвержденным данным, в 38-тысячной Сребреннице на момент трагедии оставалось чуть более 1000 человек, а более 37 тысяч, эвакуировавшихся ранее, позже нашли живыми. Уже в 1999 году по итогам военных действий в Косово американцы и англичане говорили о существовании около 100 тысяч албанских могил, которые так и не смогли отыскать после окончания войны, говорится в научных публикациях экспертов Минобороны РФ. В качестве еще одного яркого примера расчеловечивания противника российские военные аналитики приводят пример 1992 года, когда в западной прессе появились фотографии якобы сербского «лагеря смерти». Ключевой иллюстрацией сюжета был кадр со стариком-мусульманином за колючей проволокой, а сама местность была представлена как сербский фильтрационный лагерь. Однако в дальнейшем выяснилось, что кадры были сделаны на пункте сбора беженцев, а «колючка» была всего лишь школьным забором, установленным еще до войны. Однако растиражированная картинка стала поводом для США официально выражать открытую антисербскую позицию в ходе конфликта в Боснии. «Живые щиты» и «победа над дикарями» Еще одна хрестоматийная история произошла в 1915 году, когда у берегов Британии немецкой подводной лодкой был потоплен пассажирский корабль «Луизитания», что в итоге послужило поводом для вступления США в войну. «В случае с „Луизитанией“ было очень много неясностей. Во время войны большие пассажирские корабли, которые следовали из США в Британию, на подходе к порту назначения сопровождались английскими военными кораблями. Однако в тот раз пароход оставили без сопровождения, что, возможно, было сделано специально для создания аргументированного повода вступления Штатов в войну. Тогда еще до этой трагедии Черчилль даже заявлял, что катастрофа подобного масштаба могла бы быть выгодна Британии. В этом смысле „живые щиты“ и жертвы среди мирного населения, которые превращаются в пропагандистские кейсы — это технология столетней давности», — подчеркивает Александр Белоусов. Еще один эффектный прием, который с успехом используется против РФ — это создание имиджа необразованного дикаря, почти животного из каждого российского солдата. «Это крайне необходимо для формирования у населения и армии чувства собственного интеллектуального превосходства над противником. Для этого используются разнообразные фейки. Мы видим это прямо сейчас на Украине, когда наших солдат обвиняют в краже стиральных машин, инструментов, обуви и одежды. В сеть выкладывают якобы переговоры наших военных, которые впервые увидели унитаз. На первый взгляд вполне себе безобидная дезинформация отлично работает в качестве допинга для повышения настроений в обществе, когда реальных побед, по сути, нет», — подчеркивает Белоусов. Классика военной пропаганды подразумевает и наличие ярких военных побед над расчеловеченным врагом, которые достигаются малой кровью. На раскрытие данных о потерях своей армии накладывается тотальная цензура, тогда как любые даже малозначительные победы освещаются максимально широко. Аналогично в 90-х годах прошлого века цензурировались сообщения из Югославии о потерях в этом регионе французской стороны, говорится в научной публикации Минобороны РФ «О роли дезинформации в современных конфликтах и войнах». «В ответ на многочисленные вопросы, возникшие в ходе брифингов, происходивших в министерствах иностранных дел и обороны, сообщения СМИ других западных стран, а также на информацию из Белграда пресс-секретари обоих министерств в унисон со штабами НАТО утверждали, что контингент стран-участниц не понес никаких потерь. При этом не было проведено ни одного журналистского расследования», — говорится в исследовании. Все технологии, приведенные сейчас, используются украинскими СМИ, подчеркивает Александр Белоусов. На Украине занижают собственные потери, ярко освещая немногочисленные военные успехи ВСУ, поскольку без военных побед нельзя поднять дух армии и народа. «Меняются лишь технологии доставки [информации до потребителя]. Случаются и инциденты вроде попавших в сеть расстрелов и пыток российских военных, попавших в плен, но это лишь издержки информационной войны. Сюда же можно отнести невнятные высказывания [советника офиса президента Украины Николая] Арестовича, который говорит, что уничтожение боевиков в Мариуполе будет победой Украины. Под такие высказывания отлично подходит выражение: правда — это ложь, а ложь — это правда», — резюмирует эксперт.
Расскажите о новости друзьям
Система Orphus

{{author.id ? author.name : author.author}}
© Служба новостей «URA.RU»
Размер текста
-
17
+
Расскажите о новости друзьям
Загрузка...