18 декабря 2018

«Я охотник. А на охоте подранков добивают»

Для уральских VIP – это не убийство и не просто развлечение. Это способ прожить еще одну жизнь

26 декабря 2013 в 21:37
Размер шрифта
-
17
+

Когда надоедает пилить мясо ножом в ресторане, они берут ружья и идут за добычей. А на вопрос для чего все это, говорят, что там можно пережить вторую жизнь. Они говорят, что это поймет только тот, кто умеет выслеживать зверя, часами ждать его и правильно оценивать риск. Они не понимают упреков в жестокости и считают свою позицию честнее, чем у тех, кто ест колбасу из магазина. И в эти новогодние каникулы они уже готовят оружие. «URA.Ru» узнало, чем от остальных охотников отличаются «медвежатники», что по легенде происходит, если охотник не добил зверя, кто недавно получил «крещение» Африкой и чье присутствие заставляет расти популяцию лося.

Заядлых охотников среди VIP немало. За добычей в Хоренки и в Курганскую область ездит гендиректор УГМК Андрей Козицын, на охоту любит ходить депутат Госдумы, создатель холдинга «Юнона» Александр Петров. Знатным охотником считался экс-глава ГУВД Свердловской области генерал Михаил Никитин. Успешным стрелком называют губернатора Свердловской области Евгения Куйвашева, который ходит на копытных, как и первый глава региона Эдуард Россель.

Он о своем хобби любил рассказывать на пресс-конференциях. Россель долго вспоминал, как бродил во время отпуска по лесам со своими собаками. И каждая охота в Хоренках — излюбленном месте Росселя — превращалась в событие. Он и сейчас регулярно приобретает лицензию и ходит на зверя. Всего неделю назад вместе с мэром Нижнего Тагила Сергеем Носовым и главой Тагилбанка Алексеем Чекановым 76-летний Россель охотился на копытных.

«Вы бы видели, какого лося он завалил!» — с восхищением рассказывает Чеканов.

О своих успехах бинкир и экс-депутат умалчивает, лишь скромно отмечает, что его охотничий стаж составляет 45 лет и рассказать «есть о чем». Гораздо с больше охотой Чеканов говорит о том, что именно настоящие охотники оказываются первыми защитниками природы, потому что в лесу понимаешь «миссию по сохранности фауны». «Дикие девяностые в прошлом. Сейчас охота стала более цивилизованной. Это подтверждает тот факт, на Урале, в местах, где мы охотимся, популяция лося возросла в шесть раз, а количество медведей увеличилось втрое. Для сравнения, в Финляндии плотность лося в лесах в 28 раз выше. Но при этом тенденция роста поголовья у нас выше. Мода на беспорядочное убийство закончена», — говорит Чеканов.

Этот домик с баней Эдуард Россель купил пятнадцать лет назад

С ним соглашаются многие опрошенные «URA.Ru» охотники. Они говорят, что в это хобби нужно вкладывать много сил и средств. «Дикой охоты сейчас нет. Нельзя просто пойти в лес и пристрелить добычу. Все ездят в лесные хозяйства, которые содержатся в том числе и на частные деньги. Мы как-то посчитали: — килограмм мяса косули обходиться почти в 2 тысячи рублей», — говорит один из федеральных госслужащих, пожелавший остаться неназванным. Он говорит, что добывать на охоте мясо — правильнее, чем покупать его в магазине. «Там нет химии, соли и ГМО. А если вы едите мясо и колбасу, купленную в магазине, то не нужно закатывать глаза и говорить, что это жестоко», — рассуждает чиновник.

Депутат Законодательного собрания Свердловской области, глава комитета по промышленной и инновационной политике Альберт Абзалов рассказывает, что охоту понимает в первую очередь как добычу пропитания. По его словам, под Первоуральском есть частное хозяйство, где животных содержат в вольерах до будущей охоты. Но не все охотники любят такой промысел. Сам Абзалов лет пять встречает Новый год вместе со своей семьей в доме — под Красноуфимском. В этот раз поедет туда же — сезон охоты на лося открыт до 15 января, на кабана — до конца февраля. «Мой таксидермист говорит, что чучел у меня больше чем в областном музее, где он смотрителем работает. У меня трофеев, и правда, немало. Но в последние годы я стал реже стрелять. Больше снимаю. Тут как-то медведица вышла с тремя медвежатами. Я несколько часов за ними наблюдал», — говорит Абзалов. Он еще долго рассказывает про строительство лабазов, солонцы для лосей и весенние отработки, когда засеиваются поля для животных.

Абзалов в охотничьем домике

Генеральный директор ООО «Транссибурал» Сергей Мазуркевич рассказывает про оружие (сам охотится с немецким карабином «Блэйзер») и о том, почему утиная охота оставляет его равнодушным: «Птица почти несъедобна. По крайней мере, мне на вкус не нравится. Так зачем стрелять ее?» Он начал заниматься охотой пять лет назад, после того, как приобрел агрокомплекс на Урале. Позднее там появилось свое охотхозяйство, где бизнесмен бывает достаточно часто. Там прикармливают лося, косулю, кабана. Но для него охота на медведя тоже особый случай. «Однажды я очень долго высиживал своего медведя. И получил свой приз — зверя весом под триста килограмм. Выстрел, когда он вышел на овес, оказался не очень точным, и ему хватило сил уйти. Но за подранками в ночь никто не ходит. И мы только утром пошли. У охотников на медведя есть такое поверье, что либо ты его найдешь, либо он тебя. Того медведя мы нашли. И больше радовались не этому факту, а тому, что за нами он не пойдет», — вспоминает Мазуркевич.

Владелец кафе-музея «Демидов» Михаил Горюнов себя называет «медвежатником» и говорит, что этот вид охоты считался в России царским. «Царь Михаил Федорович, когда взошел на престол, особо почитал медвежью охоту. На зверя ходили с рогатиной. Сейчас, конечно, оружие совсем другое. Но ощущения, наверное, не менее острые. В Свердловской области в Шалинском районе есть особи весом до 500 килограммов, но самые крупные водятся на Дальнем Востоке. Вообще, за 15 лет, что я занимаюсь охотой, у меня есть семь-восемь особых трофеев. Все мои медведи „золотые“ по весу, размеру шкуры и черепа. Самый маленький ростом был 2,65 метра и весом 420 килограммов, самый большой — 3,06 метра и весом под 700 килограммов. Моя охота — это всегда „одиночное плавание“, никакой компании. В лучшем случае — проводник. Как правило, все дальневосточные медведи страдают трихинеллезом, поэтому берется голова и шкура. А мясо не рекомендуется. Его можно есть, конечно, но после очень тщательной тепловой обработки», — рассказывает Горюнов. Он говорит, что объездил почти все уголки России, где охота на медведя традиционно считается лучшей. В Африку пока не стремится.

Хотя в последние годы все больше уральских VIP побывали там. О майской охоте в Зимбабве рассказывает и бизнесмен Дмитрий Головин. «Для этого сафари выбрали район в долине реки Саве. Мы здесь уже были в прошлом году — всё очень понравилось, решили вернуться сюда еще раз. Опять нас было четверо охотников, на трех машинах и с тремя проводниками. Несмотря на не слишком большие размеры концессии, мы друг другу совсем не мешались — благодаря отличной организации охоты. У нас в квоте было 4 буйвола, 1 леопард и 1 нетрофейный слон. Приехали на 10 дней. В итоге буйволов взяли все. Хороший леопард был также выставлен на выстрел, но приятель в азарте „подшумел“ этого осторожного зверя. Найти правильного нетрофейного слона, к сожалению, также не успели. Хотя разных слонов видели уйму», — приводит его рассказ портал для охотников «Сафари и экспедиции».

Его партнер по сафари — собственник «Луна-2000» Андрей Семенов говорит, что прошлогодняя его поездка в Африку едва не закончилась трагедией. «От буйволов погибло больше охотников, чем от крокодилов. Когда мы вышли в буше (низкорослый лес) в сопровождении профессионального хантера и двух следопытов, которые могут по запаху мочи определить, сколько часов назад проходило животное, на меня внезапно выскочил буйвол, пришлось стрелять от живота. Я его ранил, второй охотник выстрелил, и животное уже в метре от меня свернуло. Трое суток шли по его следу, но так и не нашли», — рассказывает Семенов.

Он говорит, мало, что может сравниться с сафари. «Попадая туда, понимаешь, что это здесь, в городе — пустыня. А там энергетика другая, другие законы», — говорит он.

Но самая интеллектуальная охота — это охота на рябчика, говорит депутат Госдумы Александр Петров. Он охотится на птицу уже четыре года. «Вы не представляете насколько это сложно подманить птицу. Для этого есть специальные манки — есть из гусиного пера, есть из медицинского шприца даже. Но в моем случае это целая наука — скопировать трели. Есть трели веселого рябчика, есть тревожные, которыми птица может предупредить остальных и разогнать их. Целая команда работала для записи этих звуковых файлов. Сначала было сложно, но в этом году я стал профессионалом и сейчас могу сам научить», — говорит он. Депутат рассказывает, что охотится он в Свердловской области: в Первоуральском и Ачитском районах.

«Чусовая — для меня все», — говорит он.

Расскажите о новости друзьям
Система Orphus

{{author.id ? author.name : author.author}}
© Служба новостей «URA.RU»
Размер шрифта
-
17
+
Система Orphus
Загрузка...
Разрешить уведомления Подписаться на рассылку Присоединиться к Telegram Уведомления во Вконтакте
новости партнеров
новости партнеров
новости партнеров
новости партнеров
новости партнеров
новости партнеров