Как воспринимать интерес Голливуда к российским катастрофам?

Юрий Сапрыкин о «Чернобыле» и «Курске»: «Запад снимает комиксы, мы хотим тоже, но про ВОВ»

Леонид Федоров
© Служба новостей «URA.RU»
02 июня 2019 в 13:57
Размер текста
-
17
+
Скрины с видео
Фильм-катастрофа оказался на редкость правдоподобнымФото: скриншот из видео

В США снова выпустили картину о России. В фокусе внимания любителей сериалов — пятисерийный «Чернобыль». По отзывам критиков, зрителей, участников событий, выходящие сейчас эпизоды достаточно правдивы и детально проработаны. На очереди еще один фильм-катастрофа о России — гибель подлодки «Курск», у нас его покажут через месяц. Всплеск интереса Голливуда к России и отсутствие качественных аналогов у нас объясняет в интервью «URA.RU» журналист и культуролог Юрий Сапрыкин.

— Почему западной киноиндустрии до последнего времени не удавалось достоверно показать российскую действительность с ее трагедиями?

— Иностранные фильмы про нас шаблонные, потому что любой фильм и книга, которые создаются о чужом для тебя народе и культуре, это естественный риск. Они будут упрощены. Когда в позднем СССР снимали фильмы о заграничной жизни, по степени шаблонности они перегнали все, что мог снять про нас Голливуд. Это удивительно, когда удается обратное. Это результат прорыва, огромного труда, дотошности.

Бывший главред журнала «Афиша» приятно удивлен проработкой «Чернобыля»
Фото: фрагмент интервью телеканалу «78»

— «Чернобыль» и «Курск» — это новый уровень понимания России западными режиссерами?

— Сериал «Чернобыль» и фильм «Курск» совершенно разные. «Чернобыль» в смысле достоверности, психологической убедительности, точности фактов и воспроизведения предметного мира — что-то феноменальное. Понятно, что мы тоже сможем докопаться, например, люди тогда так не разговаривали. Языковые вещи переданы не вполне точно. За вычетом этих деталей по степени глубины и уважения к чужой культуре — это феноменальная картина.

«Курск» — это типичный фильм, спродюсированный Люком Бессоном. Несмотря на материал, он довольно легковесный, сделанный очень приблизительно.

— Слишком много откровенно надуманных деталей?

— Особой клюквы там нет, но количество православных служб, хоров или каких-то ангельских голосов, которые окружают моряков, бросается в глаза. Но дело даже не в том. А в том, что по драматургии и глубине — это шаблонный фильм-катастрофа. Его можно было снять с тем же успехом про любую страну. Никакой сложности там нет.

С другой стороны, и того, чего многие наши соотечественники боятся: что этот фильм сделан специально, чтобы нас унизить, обидеть, втоптать в грязь, там тоже нет. Главное в фильме — это чувство уважения к людям, которые попали в беду.

И что роднит его с «Чернобылем» — некоторое непонимание российского начальства, которое пытается замести ту трагедию под ковер, отказаться от иностранной помощи и сделать так, чтобы не было паники, и Запад про это ничего не знал. Это оказывается важнее жизни мужиков. Но разве мы можем сказать, что они (создатели фильма) не правы? Я прекрасно помню гибель «Курска». Ощущения от событий того времени были точно такие же.

— Российские режиссеры, государство и общество способны создать фильм или сериал, сопоставимый по качеству и проработке с «Чернобылем»?

Мини-сериал стал одним из рейтинговых в мае
Фото: скриншот сериала Чернобыль/Youtube

— У нас иногда получаются такие фильмы. И они со всей возможной достоверностью предметов, характеров и запредельной трагичностью существуют. Почему они не снимаются сейчас и появляются редко? Потому что в последние пять лет мы видим четко сформулированный заказ. Он неписанный, но все, кто подает заявки на финансирование в Фонд кино, понимают, на что дадут денег. Это должно быть кино патриотичное, оптимистичное, современное визуально, но прославляющее какие-то российские победы. Единственная вещь, которая там допускается — и кино этим пользуется, — что необязательно эти победы записывать в актив государству или руководству. В большинстве этих картин есть конфликт между частными лицами, которые совершают подвиги и выворачиваются наизнанку, чтобы остаться в живых. А также каким-нибудь партийным начальством, которое плевать на них хотело, пытается помешать или пытается все наврать, скрыть все. Драматургическая канва понятна, и она похожа на то, что говорит начальство флота в «Курске» или партийное в «Чернобыле»: у нас в общем все хорошо, есть недостатки, но мы их исправим, все молодцы и не лезьте к нам с поучениями.

Плюс к тому сформировался какой-то визуальный язык для рассказа о советских временах. Его за последние годы сложили «Первый канал» и студия Михалкова «ТриТэ». Фильмы типа «Легенды №17», «Движения вверх» и другие в разной степени честные и достоверные. Но на уровне картинки они похожи на хорошо снятый видеоклип. Люди понимают, как должны выглядеть современные реалии. И тут появляется «Чернобыль», который на уровне картинки сделан по-другому. И все понимают, что во всех деталях он убедителен.

— Получается, мы хотим видеть себя в своих фильм чуть круче, чем есть на самом деле?

— В России существует тенденция к тому, чтобы сделать комиксовое зрелище типа «Трансформеров» или «Мстителей», только чтобы все были в пилотках и гимнастерках.

Идеологическая линия присутствует везде. И Запад, и Россия снимают комиксы. Только они снимают про Человека-паука, а мы хотим сделать то же самое только про героев Великой Отечественной. В этом вся проблема. Весь этот патриотизм, который накачивается государственными деньгами, сводится к тому, чтобы переодеть супергероя в военную форму. И дальше все сделать так, как в крупных голливудских студиях прописали. В смысле патриотизма «Чернобыль» является более вдохновляющим и уважительным фильмом по отношению к русскому человеку, чем снято у нас при поддержке государства за последние годы.

— «Чернобыль» задаст тренд в фильмах и сериалах о российских проблемах?

— «Чернобыль» может стать хорошим примером, но только не в качестве примера фильма о России. Возможно, и начнут снимать в ту же сторону, но это будет сторона документальных триллеров о разных странах и катастрофах.

Этот прием и методология, которую использовали в «Чернобыле», она подходит для всего.

Мне кажется, всем интересно смотреть не про Россию, а смотреть короткие пятисерийные фильмы о реально случившихся драматических событиях.

— Но ведь есть и откровенное искажение как российской, так и западной действительности. Есть какой-то рецепт, как сделать все фильмы на сложные темы правдивыми?

— Взаимное недоверие через экран и желание исказить друг друга закончится вместе с нынешним витком холодной войны. Тогда и уйдет страх. Он во многом искусственный и накачанный извне. Это не вечная черта русского человека — бояться, что про тебя снимут в зарубежном кино. Это просто одно из проявлений нынешней американофобии. Почему наши всегда так чрезмерно обращают на это внимание? На этот вопрос дает в конце 4-й серии «Чернобыля» начальник правительственной комиссии, когда говорит академику Легасову: «Вы хотите рассказать на Западе унизительные вещи про нацию, которая больше всего на свете боится унижения». У нас начальство, чиновники и солидарные с ним люди остро относятся к этому и не хотят, чтобы о нас узнали что-то неприятное.

Расскажите о новости друзьям
Система Orphus

{{author.id ? author.name : author.author}}
© Служба новостей «URA.RU»
Размер текста
-
17
+
Расскажите о новости друзьям
Система Orphus
Загрузка...